"ХОЛОДНАЯ ВОЙНА"

КАЧЕСТВО РАБОТЫ: 80%

Истоки и причины  "холодной войны"

Исход второй мировой войны - разгром мощных военных монстров Германии и Японии - свидетельствовал и об изменении соотношения сил в     мире. Союзные войска четырех держав - СССР, США, Великобритании и Франции оккупировали территорию Германии и Австрии в соответствии с решениями Потсдамс­кой конференции. Политическое влияние Советского Союза рас­пространялось на Польшу, на оккупированную советскими войсками часть Германии, Чехословакию, Венгрию, Болгарию, Югославию, Румынию. Страна, истощенная войной, нужда­лась в мире, восстановлении экономики и людских ресурсов, укреплении и защите своих границ. Вопреки утверждениям ряда американских историков, СССР не разрабатывал планы агрессии против других стран, в частности США, у него не было для этого необходимого флота; до 1948 г. практически не обладал стратегической авиацией, до августа 1949 г. - атом­ным оружием. Разработанный в конце 1946 г. - начале 1947 г. «План активной обороны территории Советского Союза» имел исключительно оборонительные задачи. С июля 1945 г. по 1948 г. численность советской армии сократилась с 11,4 до 2,9 млн. чел.

В отличие от СССР США стали господствующей мировой державой, обладающей огромной экономической, воздушной, морской и атомной мощью. В результате эффективной стра­тегии - получение материальных выгод «с большими прибы­лями и минимальной ценой» - Соединенные Штаты Америки увеличили валовой национальный продукт в 1,7 раза (без учета инфляции). В войну они потеряли всего 300 тыс. убиты­ми. Доллар стал самой устойчивой валютой, а Нью-Йорк - самым большим финансовым рынком мира. В стране не толь­ко быстро завершился перевод экономики на выпуск мирной продукции, но была преодолена инфляция, поднята заработ­ная плата рабочим, сохранено технологическое производство и самая высокая в мире производительность труда. Экономи­ческое могущество США, развившаяся за годы войны промышленная и финансовая экспансия в другие страны способствовали претензиям Соединенных Штатов на роль мирового гегемо­на.

В 1945 г. в послании президента Трумэна конгрессу говори­лось, что победа во второй мировой войне поставила американ­ский народ перед необходимостью править миром. В последу­ющих планах Белого дома предусматривалось прекращение союзных отношений с СССР.  В сентябре 1945 г. Объединен­ный комитет начальников штабов одобрил идею нанесения США первого удара по потенциальному противнику. Тогда же был разработан меморандум с предложением «отобрать при­близительно 20 наиболее важных целей, пригодных для стра­тегической атомной бомбардировки в СССР и на контролиру­емой им территории». В 1949 г. американским планом войны с Советским Союзом («Дропшот») намечалось сбросить на 100 городов нашей страны 300 атомных бомб в первом ударе. Как свидетельствуют рассекреченные документы,  американские военные планы второй половины 40-х годов основывались на следующих положениях: война с СССР - реальность; СССР и его союзни­ки не должны достигнуть уровня США в военном и экономи­ческом отношении; США должны быть готовы первыми использовать ядерное оружие.

В западной историографии начало «холодной войны» свя­зывают с послевоенной политикой Советского Союза, кото­рая якобы носила агрессивный характер. Данная точка зрения восходит к послевоенным выступлениям запад­ных политиков, в частности, У. Черчилля. Миф об агрессив­ных устремлениях СССР использовался на Западе для идео­логической обработки населения в угодном для властей направлении. Советский Союз занял на международной арене подобающее ему место, которое Россия утратила в результате поражения в первой мировой войне, и не он вернулся к политике «русского импе­риализма», а отставной премьер-министр пытался после вто­рой мировой войны повлиять на общественное мнение в нуж­ном ему направлении, чтобы продолжить традиционную для Англии антирусскую политику. В марте 1946 г., выступая в американском колледже в Фултоне в присутствии президента Г. Трумэна, У. Черчилль сформулировал цели «братской ассоциации народов, говорящих на английском языке», направленной против растущей опасности для «христианской ци­вилизации» со стороны «коммунистических или неофашистс­ких государств». Для этого, как он считал, необходимо, чтобы США и их западные союзники (Англия и Канада) сохраняли монополию на секретные сведения или опыт в отношении атом­ной бомбы, объединили под единым руководством и для со­вместного использования свои военно-морские силы, авиацию и базы. Основную угрозу мировому сообществу Черчилль ви­дел в росте влияния коммунистических партий в странах Европы, которые, по его мнению, «действуют в полном единении и абсолютном повиновении указаниям, получаемым от коммунистического центра».

Поскольку, отмечал Черчилль, русские уважают только военную силу, западные страны должны отказаться от пре­жней доктрины равновесия сил и перейти к созданию значи­тельного перевеса в военной мощи над Советским Союзом. Речь Черчилля удачно камуфлировала тот простой факт, что к этому времени ударная военная сила США и Англии уже значительно превосходила советскую. Они имели 167 авиа­несущих кораблей и 7700 палубных самолетов (у нас их не было), в 2,3 раза больше подводных лодок, в 9 раз - линкоров и больших крейсеров, в 19 раз - миноносцев, а также четыре воздушные армии стратегической авиации, в составе которой имелись бомбардировщики с дальностью полета 7300 км (ра­диус действия советской авиации не превышал 1500-2000 км). В заключение Черчилль сказал: «Я не верю в то, что Советская Россия хочет войны. Она хочет плодов войны и безграничного распространения своей силы и своих доктрин».

Речь отставного премьера получила незамедлительную ре­акцию. В феврале того же года в ответ на запрос госдепарта­мента США временный поверенный в делах США в СССР Д. Кеннан направил в Вашингтон секретный доклад. В нем Советский Союз обвинялся в агрессивных намерениях по отношению к США, в стремлении «разрушить наш традицион­ный образ жизни, ликвидировать международное влияние на­шего государства с тем, чтобы обеспечить безопасность советской власти». После этого Кеннана отозвали в Вашинг­тон, где он возглавил отдел политического планирования госдепартамента США.

Политические планы западных стран, и в первую очередь Соединенных Штатов Америки, разработанные для руководства во взаимоотношениях с Советским Союзом, получили в исто­риографии название «доктрины сдерживания». По оценке быв­шего президента США Буша, его страна проводила эту поли­тику до конца 80-х годов. В этой необъявленной «холодной войне» использовались все средства. По свидетельству бывше­го директора ЦРУ С. Тернера, «к 1953 г. машина тайных опе­раций была запущена на полный ход, определяя политические и военные события и распространяя пропаганду в 48 странах». В самой Америке, чтобы погасить доброе отношение населения к народам Советского Союза конгресс США устраивает специ­альное расследование «коммунистической подрывной деятель­ности» (уже к 1949 г. в картотеке комиссии по расследованию антиамериканской деятельности значился 1 млн. американцев).

Разгар "холодной войны"

В 1946 г. разгорелись острые дискуссии между бывшими союзниками по вопросам послевоен­ного устройства мира: в ООН, где начал обсуж­даться вопрос о контроле над атомной энергией; на Парижской конференции по вопросу о мирных договорах со странами - бывшими союзницами гит­леровской Германии - Румынией, Венгрией, Болгарией, Ита­лией. В Герма­нии разгорался конфликт в связи с сепаратным объединением американской и английской оккупационных зон (создание «Бизонии») и закрытием их границы с советской. В сентябре 1946 г. госсекретарь США Бирнс поставил под сомнение незыблемость границы по Одеру-Нейсе, что вызвало серьезную озабоченность советской стороны. Как свидетельствуют рассекреченные доку­менты, советское руководство было готово принять западную концепцию политического устройства Германии. В обмен Запад должен был признать законность та­кой формы репараций с Германии для советской стороны, как поставки из текущей продукции, т.е. за счет поставок в СССР товаров народного потребления и промышленной продукции, произведенной немецкими предприятиями преимущественно в советской оккупационной зоне, а частично и западной. На состоявшейся в декабре 1947 г. лондонской сессии со­вета министров иностранных дел новый госсекретарь США Дж. Маршалл сделал от имени своего правительства заявление, на­правленное на немедленное прекращение репарационных по­ставок Советскому Союзу из Германии. К этому заявлению при­соединились министры иностранных дел Англии и Франции. Позиция западной стороны аргументировалась тем, что репара­ции из текущей продукции «понизят жизненный уровень нем­цев до такой степени, что Германия превратится в очаг беспо­койства в центре Европы». Это, по их мнению, могло навсегда задержать восстановление германской и европейской эконо­мики. Попытки Молотова привести контраргументы не имели успеха. Согласно оценкам, всего по репарациям СССР получил оборудования и материалов на 3,7 млрд. долларов, что почти в три раза меньше предполагаемого.

Позиция США, поддерживаемая полностью зависимыми от них западноевропейскими державами, соответствовала выд­винутым ранее доктрине Трумэна и плану Маршалла.

В связи с гражданской войной в Греции Трумэн в марте 1947 г. потребовал от конгресса выделить 400 млн. дол­ларов на помощь Греции, заявив, что «всеобщий мир требует американского лидерства в борьбе против тотальной агрес­сии, прямой или косвенной в любом районе земного шара». Ни для кого не осталось секретом, что под тотальным агрес­сором подразумевался Советский Союз.

Составной частью американской политики, направленной на интеграцию европейских государств в новую мировую эко­номическую систему под покровительством США, стал разра­ботанный летом 1947 г. план Маршалла, согласно которому выделенные за 1949-1952 гг. для промышленной реорганиза­ции Европы американские кредиты, займы и субсидии соста­вили более 20 млрд. долларов. Этот план не только помог ста­билизации европейской экономики, но и закрепил разделение мира на две части - Восток и Запад. План Маршалла продол­жал и политику, начатую на Бреттон-Вудской конференции в июле 1944 г., тогда СССР отказался от вступления в создан­ные Международный Валютный Фонд (МВФ) и Международ­ный Банк Реконструкции и Развития (МБРР) по политичес­ким соображениям. Советское правительство понимало, что в условиях финансового превосходства США Советскому Союзу отводится в этих организациях второстепенная роль, с чем он согласиться не мог (планировалось, что США будут иметь в них 38,1 % голосов, Англия - 15,6, СССР - 12,4). Тем более что под видом экономической помощи США создавали в Евро­пе мощный бастион против «советского экспансионизма».

Именно план Маршалла сделал возможной денежную ре­форму в западных оккупационных зонах Германии. Амери­канцы печатали новые денежные знаки и торопили немцев с подготовкой новой конституции. Когда 17 июня 1948 г. было официально объявлено о денежной реформе, СССР 24 июня закрыл железнодорожное и автотранспортное сообщение с Западным Берлином. По соглашению между странами-побе­дительницами район так называемого Большого Берлина выделялся в особый и занимался войсками четырех держав (СССР, США, Англии и Франции), для чего им выделялось по одному сектору. В городе действовала союзная комендату­ра, управляющая жизнью города. Берлин находился на тер­ритории советской оккупационной зоны, поэтому его блока­да нашими войсками ставила союзников перед острой проблемой обеспечения жизнедеятельности подчиненных им секторов Берлина, в том числе продовольствием. На этом и строился советский расчет. Однако американцы решили про­блему снабжения города воздушным путем. Сталин в сло­жившейся ситуации предложил снять блокаду в обмен на отказ союзников от идеи создания отдельного западногерманского государства. Предложение не было принято (бло­када была снята только в мае 1949 г.). 23 мая 1949 г. последовало соглашение между верховными комиссарами трех ок­купационных зон - США, Англии и Франции - о создании Федеративной Республики Германии со столицей в Бонне (официальная дата - сентябрь 1949 г.). А в октябре этого же года была провозглашена Германская Демократическая Республика на территории советской оккупационной зоны. Бер­линский кризис завершился расчленением Германии. Сле­дующим шагом западных держав, способствующим расколу мира и закреплению этого раскола в военном отношении, стало подписание в Вашингтоне 4 апреля 1949 г. Атланти­ческого пакта (НАТО) между США, Великобританией, Фран­цией, Канадой, Италией и рядом других европейских стран, согласно которому каждая из сторон обязалась оказывать не­медленную помощь, «включая применение вооруженной силы», любой участнице пакта в случае «вооруженного на­падения против одной или нескольких из них в Европе или Северной Америке». В 1952 г. в НАТО вступили Турция и Греция. Таким образом, компромисс между двумя полити­ческими системами, сложившийся в результате войны с фашизмом, был окончательно разрушен.

В августе 1949 г. в Советском Союзе было успешно прове­дено испытание первой атомной бомбы. А в сентябре амери­канские самолеты, патрулирующие Аляску, зарегистрирова­ли следы радиации, исходящие из Сибири. Это известие (наряду с заявлением ТАСС о том, что Советский Союз распо­лагает атомным оружием) вызвало в американской админис­трации разногласия в вопросах о ядерной политике. Физик Р. Оппенгеймер, руководивший созданием американской атом­ной бомбы и главный консультант комиссии по атомной энер­гии США, выступил против создания термоядерного оружия; решительным противником создания водородной бомбы был руководитель отдела политического планирования госдепар­тамента США Кеннан, который в знак протеста ушел в начале 1950 г. в отставку. Его преемник П. Нитце разработал доку­мент о национальной безопасности, который основывался на следующем положении: «СССР стремится к мировому господ­ству, советское военное превосходство все более увеличивает­ся, в связи с чем переговоры с советским руководством невозможны». Отсюда делался вывод о необходимости наращива­ния американского военного потенциала (в 1949 г. в распо­ряжении США было около 250 атомных бомб, в 1950 - свы­ше 400). Доклад был одобрен Трумэном, а военный бюджет США за 1951-1953 гг. вырос с 13 до 50 млрд. долларов. Та­ким образом, СССР был вынужден включиться в навязанную ему гонку вооружений.

Участие СССР в корейской войне

Кульминационным пунктом противостояния двух держав стало участие обеих в корейской войне (25 июня 1950 г. - 28 июля 1953 г.).

После победы коммунизма в Китае и образова­ния в 1949 г. Китайской Народной Республики, соотношение сил в Юго-Восточной Азии коренным образом изменилось. К тому же Япония в результате поражения перестала играть в этом регионе доминирующую роль. Ее место заняли Соеди­ненные Штаты. В январе 1950 г. госсекретарь Д. Ачесон зая­вил, что «периметр обороны» США на Тихом океане прохо­дит от Алеутских островов через Японию и Окинаву к Филиппинам, т.е. минуя Корею. Советские и американские войска находились на территории Кореи по обоюдному согла­шению для принятия акта капитуляции японской армии (со­ветские - к северу, американские - к югу от 38-й параллели). В конце 1948 г. советские части были полностью выведены из Северной Кореи. Летом 1949 г. США вывели свои войска из Южной Кореи, оставив там около 500 советников, предва­рительно оснастив южнокорейскую армию вооружением.

Причины корейской войны и участие в ней Советского Со­юза по-разному освещаются в историографии. Западные ис­торики рассматривают эту проблему с позиций «борьбы меж­ду СССР и США за влияние в Азии», а саму войну - как стратегическое соперничество сверхдержав, переросшее из ло­кального конфликта между Северной и Южной Кореей по поводу того, кому править страной. Отечественные историки тоже склоняются к такой точке зрения.

Вопреки утверждениям Северной Кореи (ее версия была в свое время принята за основу и в нашей стране), именно она, а не Южная Корея, первой начала военные действия. Реше­ние о нападении на своего соседа северокорейский лидер Ким Ир Сен принял после того, как заручился поддержкой со сто­роны Сталина и Мао Цзэдуна, о чем свидетельствует большое количество архи­вных документов на эту тему. По мнению большинства за­падных историков, позиция Сталина в корейском конфликте строилась с учетом ряда важнейших фактов: обладание СССР атомной бомбой, рост национально-освободительного движе­ния в Юго-Восточной Азии, заявление американской сторо­ны о том, что ее мировые оборонительные рубежи обходят Корею. Президент Трумэн полагал, что Москва сознательно стремилась втянуть США в вооруженный конфликт на Даль­нем Востоке, чтобы развязать себе руки в других стратеги­чески важных районах мира и, прежде всего в Европе.

25 июня 1950 г. северокорейские войска пересекли 38-ю параллель, быстро разбили южнокорейцев (американский генерал Дин был пленен) и прижали остатки войск к морю в районе Пусана. В результате чего госдепартамент заявил, что отныне США «будут считать Россию ответственной за войну коммунистической Северной Кореи против Южной Корейс­кой Республики». В разразившемся конфликте проблема соб­ственно корейская занимала Запад меньше всего, поскольку он рассматривал войну как возможность проверки того, «во что обойдется сохранение Южной Кореи как оплота против коммунизма в Азии». США заявили, что «с СССР нельзя ве­сти переговоры, пока он не согласится со своим поражением на всех фронтах холодной войны».

Совет Безопасности ООН единогласно (с начала 1950 г. СССР бойкотировал СБ в знак своего протеста против участия в нем представителя Тайваня вместо законного представителя КНР) принял резолюцию, обвинившую КНДР в агрессии. В этой связи США не только послали свои сухопутные войска для войны с Северной Кореей, блокировав авиацией северокорей­ское побережье, но и, под эгидой «войск ООН», использовали для ведения боевых действий вооруженные силы 15 союзных государств (2/3 «войск ООН» составляли американцы).

Советское правительство сначала оказывало КНДР помощь вооружением, боевой техникой, материальными ресурсами, а в конце ноября 1950 г. перебросило в северо-восточные рай­оны Китая несколько авиадивизий, участвующих в отраже­нии налетов авиации США на территорию Северной Кореи и Китая (в октябре 1950 г. в Корею были отправлены китайс­кие добровольцы). В небе Кореи воевал Иван Кожедуб. Самолеты корейской народной армии все были советского произ­водства, в том числе и самые современные - МиГ-15 и МиГ-15бис. Советским летчикам пришлось столкнуться с больши­ми трудностями в этой войне: незнакомый театр военных действий, преимущество американцев в системе, огромное превосходство в численности истребительной авиации амери­канцев и их союзников. Согласно официальным данным, об­щие потери советских частей и соединений составили 299 чел., в том числе 138 офицеров. По сообщениям иностранной прес­сы, в ходе корейской войны советские суда осуществляли де­сант на восточном побережье центральной Кореи, а советские бомбардировщики совершали налеты на Сеул.

Война шла с переменным успехом. В сентябре 1950 г. США произвели мощный десант в тылу северокорейской армии - 50 тыс. пехоты с танками, артиллерией, надежным авиацион­ным прикрытием, и вдвое превосходящими силами «войск ООН» нанесли контрудар на пусанском плацдарме. В октябре южнокорейские и американские силы вышли к пограничным с Китаем рекам Ялу и Тумынь. Вступление в войну КНР - отрядов китайских добровольцев численностью до 200 тыс. чел., оснащенных советским оружием, заставило войска про­тивника отступить, что способствовало активизации правых сил в политических кругах США, которые требовали исполь­зовать события в Корее для «превентивной войны» против КНР и СССР. Президент Г. Трумэн не пошел на это.

В июне 1951 г. представитель СССР в Совете Безопасности ООН заявил, что прекращение огня и взаимный отвод войск от 38-й параллели был бы в интересах обеих сторон; в ноябре была достигнута в этом плане некоторая договоренность. Од­нако война не прекратилась. В июле 1952 г. американская авиация (в соответствии с планом «Насос») развернула бом­бовый террор КНДР и ее столицы Пхеньяна (всего за войну ВВС США совершили в Корее более одного миллиона выле­тов, т.е. почти столько, сколько во время второй мировой вой­ны). 28 июля 1953 г. в Корее установился мир. По предвари­тельным оценкам, потери США составили около 140 тыс. чел., их союзников - 13 тыс. Южнокорейская армия потеряла око­ло 200 тыс. Потери китайцев и северокорейцев составили около 2 млн. чел. Из 20-миллионного населения Южной Кореи око­ло 1 млн. чел. стали инвалидами, свыше 10 млн. жителей остались без крова.

Корейская война преподала миру серьезный урок: она пока­зала не только пределы силы мощнейшей в мире державы, но и непримиримость двух противоборствующих систем. Процесс нормализации отношений между США и СССР после корейс­кой войны не мог быть ни быстрым, ни простым.

СССР и страны народной демократии

Внешнеполитические шаги Советского Союза в послевоенный период носили вынужденный характер. Экономическо­му и финансовому давлению западных стран, открыто заявивших о себе как о вершителях судеб всего мира, СССР противопоставил политику консолидации тех стран Во­сточной Европы, где были сильны позиции коммунистов и где он мог бы единолично контролировать ситуацию.

Экономической, политической и общественной моделью развития стал для этих стран Советский Союз. Во-первых, он обладал опытом ведения планового хозяйства, во-вторых, кон­фронтация с Западом вынуждала советское руководство к быстрым и решительным действиям по отношению к новым союзникам; нередко эти действия носили необоснованный ха­рактер, противоречили природно-экономическим условиям партнеров, нарушали сложившиеся в них до войны экономи­ческие и культурные традиции. В годы войны коммунисты стран Восточной Европы играли важную роль в движении Сопротивления. После войны задачи борьбы за национальное освобождение и возрождение государственности они сочета­ли с задачами изменения характера власти, коренных перемен в социально-политическом строе общества и внешней политике, что порождало внутренний конфликт и противо­борство с теми силами, которые ориентировались на эмиг­рантские правительства и западные державы.

11 апреля 1945 г. заключен договор о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве СССР с Югославией, 21 апреля договор с Польшей, в последующем - с другими странами народной демократии. В сентябре 1947 г., по инициативе Советского Союза, ком­мунистические и рабочие партии 9 стран - Болгарии, Венг­рии, Италии, Польши, Румынии, СССР, Франции, Чехосло­вакии, Югославии - учредили Информационное бюро (Коминформ).

Наметившимся кризисом в отношениях Москвы со страна­ми Восточной Европы стал советско-югославский конфликт, разразившийся в 1948 г. До этого отношения между двумя странами отличали редкое взаимопонимание и координация действий еще со времен сотрудничества в военные годы. Со­ветское руководство рассматривало компартию Югославии как наиболее «зрелую», «выдержанную в идейно-политическом отношении» организацию, оказывая этой стране большую помощь в развитии экономики и укреплении обороноспособ­ности. А в июне 1948 г. в «Правде» была опубликована резо­люция Информбюро о положении в компартии Югославии, в которой утверждалось, что КПЮ «за последнее время прово­дит в основных вопросах внешней и внутренней политики неправильную линию, представляющую отход от марксизма-ленинизма», что югославское руководство заимствует «кле­ветническую пропаганду о перерождении ВКП(б) и СССР» и что «здоровые силы» КПЮ должны сменить своих руководи­телей, если те не смогут «честно признать свои ошибки и исправить их». По мнению большинства историков, одной из причин, повлиявших на резкое изменение в позициях Моск­вы, стало негативное отношение Сталина к стремлению ком­партии Югославии стать «руководящей» партией на Балка­нах; его также настораживала возможность объединения болгар и югославов в федерацию, что, по его мнению, могло вызвать ослабление позиций СССР в этом регионе. На советско-болгар­ских переговорах (февраль 1948 г.) Сталин оказал откровен­ный нажим на союзников с целью направить процесс югославо-болгарского объединения в устраивающее СССР русло. Чтобы избежать сталинского варианта федерации, И. Броз Тито заявил, что условия для этого еще не созрели. В даль­нейшем отношения сторон все ухудшались, и 29 ноября 1949 г. была опубликована вторая резолюция Информбюро под названием «Югославская компартия во власти убийц и шпионов». Положение резко обострилось: руководство КПЮ сменило оборонительную позицию, которую оно до того за­нимало, и развернуло кампанию против СССР, стран народ­ной демократии и коммунистического движения. В резуль­тате нормальные дипломатические отношения Югославии со странами Восточной Европы были прерваны, на югославских границах с соседями возникла напряженность, сопровождав­шаяся демонстрацией силы и отдельными вооруженными стычками. В ООН также начались столкновения между юго­славской и делегациями социалистических стран. А с 1950 г. полностью прекратились экономические связи СССР и стран народной демократии с Югославией.

В январе 1949 г. из шести стран - Болгарии, Венгрии, Польши, Румынии, СССР и Чехословакии был создан Совет Экономической Взаимопомощи (СЭВ). В задачи его входили: обмен хозяйственным опытом, техническая взаимопомощь, вопросы снабжения сырьем, продовольствием, машинами, обо­рудованием и др. Формально таможенных пошлин на торгов­лю не было, но практически имел место крайний протекцио­низм. СССР имел огромный внутренний рынок; в экспорте его преобладало сырье, вследствие чего советское хозяйство было менее чувствительно к изменениям за его пределами. Другие члены СЭВ располагали узким рынком сбыта, основную долю их экспорта составляла готовая продукция. С самого начала европейские страны, находившиеся после войны под советс­ким влиянием, вынуждены были принять жесткие нормы со­ветской экономической модели (первоочередное развитие тя­желой промышленности). В отношениях с СЭВ Советский Союз руководствовался не столько экономическими, сколько по­литическими мотивами.

СССР и КНР в первые годы сотрудничества

После образования КНР отношения между Китаем и Советским Союзом на протяжении сотрудничества длительного времени были самыми друже­ственными. 14 февраля 1950 г. между обеими странами был подписан договор о дружбе, союзе и взаимной помощи. По воспоминаниям тогдашнего замминистра иност­ранных дел СССР Н. Федоренко, присутствовавшего при пере­говорах в качестве переводчика, «согласование основных по­ложений договора между Сталиным и Мао Цзэдуном проходило спокойно, без каких-либо расхождений. Собесед­ники понимали друг друга с полуслова». Одна из статей до­говора содержала взаимные гарантии по оказанию военной или иной помощи в случае, «если одна из сторон подвергнет­ся нападению Японии или ее союзников». Именно это обсто­ятельство заставило американское правительство ограничить в то время размах войны в Корее. «Если бы мы напали на коммунистический Китай, - писал в своих воспоминаниях Г. Трумэн, - то должны были ожидать русского вмешатель­ства». Помимо договора были согласованы положения Согла­шения между СССР и КНР о китайской чаньчунской желез­ной дороге (так стала именоваться КВЖД), Порт-Артуре и Дальнем. Советский Союз исходил при этом из тех положи­тельных изменений, которые произошли в Китае.

Сталин высоко оценивал значение победы революции в Китае для судеб мира. По свидетельству И. Ковалева - лич­ного представителя Сталина при Мао Цзэдуне, советский вождь так отреагировал на просьбу китайцев о помощи: «Мы, конечно, окажем новому Китаю всю возможную помощь. Если социализм победит и в Китае и наши страны пойдут одним путем, то победу социализма в мире можно считать обеспе­ченной. Нам не будут угрожать никакие случайности. Поэто­му мы не можем жалеть сил и средств для помощи китайс­ким коммунистам».

Поначалу отношения между обеими странами складыва­лись довольно непросто. Так, еще до подписания в 1950 г. договора Мао Цзэдун поднял перед Москвой вопрос о присое­динении Монголии к Китаю; сложным был вопрос с предос­тавлением кредита Китаю. Советское правительство соглаша­лось передать КНР все права на управление дорогой, включая принадлежащее ей имущество (предусматривалось, что пере­дача прав будет совершена сразу после заключения мирного договора с Японией). На тех же условиях планировался вы­вод советских войск с территории совместно используемой морской базы Порт-Артур и передача порта Дальнего (Даль­ний был передан Китаю, несмотря на то, что мирный договор с Японией подписан не был). Была достигнута договоренность о предоставлении 1-процентного кредита Китаю в сумме 300 млн. долларов. Вопрос о ядерном оружии, вопреки ныне рас­пространенной точке зрения, не затрагивался. По свидетель­ству Федоренко, «Мао Цзэдун во время переговоров со Стали­ным вообще не поднимал вопрос о ядерном оружии. Об этом зашла речь значительно позже, не в 1950 г., а в 1958 г. в Пекине, когда Хрущеву, возглавлявшему правительственную делегацию, пришлось вести переговоры с Мао Цзэдуном».

РАБОТА ДОБАВЛЕНА В КОЛЛЕКЦИЮ: 11 ДЕКАБРЯ 2002